Чем опасна Цифровизация для общества?



Чем опасна Цифровизация для общества?


Технический прогресс сегодня перестает служить интересам общества, становясь все менее контролируемым инструментом обогащения крупнейших корпораций. Более того, он превращается в идеальное средство контроля населения. Об этом эксперты и представители бизнес-сообщества накануне говорили на круглом столе «Цифровая трансформация: новые вызовы и новые возможности для общества» в Общественной палате.


Изначально мероприятие анонсировалось под названием «Цифровое рабство или цифровая свобода? Как побороть электронную зависимость?». Однако руководство ОПРФ, очевидно, решило не расставлять акценты столь «радикально» и смягчило повестку. Впрочем, несмотря на отсутствие на мероприятии явных патриотов и консерваторов, оно получилось интересным. Практически все опасные аспекты цифровизации и интернетизации, освещаемые «Катюшей», были озвучены вчера вполне респектабельными гражданами в костюмах, а не какими-то «маргиналами с капустой в бороде»

Во вступительном слове модератор, первый зампред Комиссии ОП по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций Вячеслав Лащевский отметил, что, по данным «Лаборатории Касперского», 40% российских детей в возрасте до 10 лет почти постоянно находятся в сети. И это среда не безопасная, чему сегодня есть множество доказательств. У нового поколения возникают проблемы с социальными коммуникациями, выстраиванием нормальных отношений в обществе. И все это – на фоне удобства использования различных цифровых сервисов.
Первый спикер – исполнительный директор направления Healthcare компании Ipsos Марина Безуглова фактически слово в слово повторила доклад доктора Курпатова на деловом завтраке Сбербанка в Давосе. Она отметила, что регламентация пользования цифровыми устройствами необходима, по крайней мере – для уязвимых групп населения.

«В СССР, к примеру, было огромное количество санитарных норм и правил, все было четко регламентировано. Насколько сейчас вообще изучается влияние цифровых устройств на людей? Вот сейчас идет проект «электронная школа». Сколько вообще можно ребенку с этими гаджетами работать? Это вообще кто-то исследовал или нет? Эти вопросы сейчас очень важны. Для общественной повестки в основе находятся вопросы образовательной и регламентационной деятельности», – задалась вопросом Безуглова.

Что ж, наше издание уже облекло многие перечисленные вопросы в официальные заявления, и на сегодня можно смело сказать (исходя из официальных ответов органов власти, которые мы неоднократно приводили ), что ни одно серьезное исследование, касающееся цифровой гигиены в тех же школах, не было обнародовано. Есть только голословные заявления чиновников и работников контрольных органов, что такие исследования, якобы, проводились.

Между тем, Безуглова указала, что ведущие компании Кремниевой долины типа Apple и Google уже сами начинают советовать своим клиентам-пользователям не сидеть в сети постоянно, а ограничивать время перед экранами гаджетов – так что эпидемия «цифрового аутизма», о которой вещал доктор Курпатов в Давосе, – наша суровая реальность.

Тему полной ликвидации приватности в электронную эпоху поднял профессор, д.э.н., руководитель АНО «Центр защиты вкладчиков и инвесторов» Артем Генкин.

«Встает вопрос: где границы доступа общества в жизнь личности? Где защитная линия нашей приватности? К чему это все приводит? К различным системам социального рейтинга, сейчас они очень популярны. Основным реализатором сегодня является Китай. Все сведения о индивиде сваливаются в один «черный ящик», результатом для него становится появление динамично изменяющегося рейтинга доверия к нему, рейтинга его благонадежности. А сам этот рейтинг имеет отношение к тому, получит ли индивидуум доступ к каким-либо общественным благам. В Китае социальный рейтинг стал элементом государственной стратегии. Он привел к максимальному облегчению жизни лицам с высоким уровнем общественного доверия и максимальному затруднению для лиц с низким уровнем. Это новые принципы социального расслоения и неравенства.

Китайцы выпустили приложение, позволяющее определить, не общались ли вы в последний месяц с зараженным коронавирусом. Что это означает? Что постоянно ведется слежка за перемещениями каждого человека и что не соблюдается медицинская тайна – сведения о заболевших гражданах доступны каждому. Для нашего менталитета такая ситуация непривычна.
Планы осуществить дальнейшую смычку баз данных с любой информацией о деятельности физлица, причем базы надзорных ведомств в Китае сращиваются с базами частных корпораций. У нас ряд компаний также ведут собственные базы клиентов со своим личным рейтингом (скорингом), и они тесно сотрудничают с государством – это Мэйл.ру Групп, МТС, Яндекс, Сбербанк», – отметил Генкин.

Тема безопасности персональных данных и огромных масштабов вмешательства в частную жизнь поднималась сопредседателем ОД Комитет о защите персональных данных, главредом РИА Катюша Андреем Цыгановым на парламентских слушаниях в Государственной Думе летом прошлого года. Тогда же были подробно разобраны риски неконтролируемого использования технологий тотального учета и контроля, порождаемые ими проблемы нацбезопасности. И вот сейчас на площадке ОП мы слышим знакомые тезисы – очевидно, что это становится трендом, об этом начинают говорить во всем мире.

«В Европе и Америке общество против установки системы камер по сканированию лиц, всячески выступает за регулиторику в этом вопросе. При этом в Москве уже установлено более 200000 камер – у нас самая современная в мире система, сравнимая разве что с теми же китайцами. И при этом у нас в стране в принципе нет никакого общественного движения для обсуждения – нужно это или нет, правильно это или неправильно», – считает директор по работе с госсектором «Мэйл.ру».






На самом деле, общественный актив имеется, о чем свидетельствует полный зал (около 1000 человек) на всероссийской конференции «Принудительная оцифровка личности или свобода человека» 20 апреля 2019 г., на которую приехали активные граждане из десятков регионов страны. По итогам мероприятия была составлена серьезная резолюция для органов власти, практически все пункты которой, увы, до сих пор не реализованы.

Гендиректор «Аргументы и факты» Руслан Новиков справедливо отметил, что «объединение всех персональных данных о человеке – это выгодно любому бизнесу. Бизнес, прежде всего, готов в это инвестировать». Естественно, бизнесу наплевать на приватность и безопасность персональных данных человека, для него это – просто ценный товар, с которого можно получить отличный гешефт.

Следующий эксперт в ОП справедливо отметил, что тема цифровой безопасности постоянно поднимается в западных СМИ, причем все «инновационные» процессы подвергаются там жесткой критике. Так, гендиректор Facebook Марк Цукерберг и топ-менеджеры Google недавно были в Еврокомиссии и пытались лоббировать отказ от запрета технологии распознавания лиц, который хотят вынести чиновники ЕС по просьбе руководства стран и населения.

«А у нас сплошной Герман Греф, Ольга Ускова – т.е. засилье технократов. У нас никто не поднимает критическую повестку по отношению к цифре. Все как будто сдались на милость транснацкорпорациям. А как же Конституция? Право на неприкосновенность частной жизни, жилища? Почему только технократы говорят, что хотят, из каждого утюга?

Все проекты цифровой экономики, о которых мы тут упомянули, имеют последствия, о которых никто еще не думал и не говорил. Например, цифровой профиль гражданина. Мы тут сейчас на все лады его создаем. Минкомсвязь вносит свои 19 параметров (персональных данных граждан), ЦБ предлагает свой пилотный проект – 53 параметра, которые будут доступны банкам и цифровым компаниям. И в ЦБ говорят: а мы этот профиль делаем для того, чтобы лучше знать своего клиента и точнее ставить ему проценты за пользование кредитами. Что в итоге произойдет? Пострадают малоимущие – самые незащищенные слои: инвалиды, многодетные, пенсионеры. У них самые высокие риски просрочек. Им банкиры сразу поставят заградительный процент, они не смогут брать кредиты – и возникнет социальная напряженность. Никто не отслеживает именно долговременные последствия цифровых проектов. А они будут…

10 лет назад запускали проект УЭК – универсальной электронной карты гражданина РФ. И там были люди из числа верующих, которые протестовали, не хотели себя ассоциировать с этими чипами. И их сама РПЦ не очень явно, но поддерживала. И где эти верующие сегодня? Мы их не слышим и не видим. Но они есть, и они появятся, если ситуация начнет как-то раскачиваться», – отметил выступающий.

На самом деле ситуация уже давно начала раскачиваться, а решением накопившихся проблем власти предпочитают не заниматься – напротив, они на скорую руку генерируют и требуют принятия все новых и новых цифровых законов. Возьмем то же грядущее второе чтение ПФЗ «О едином реестре населения», которое ОУЗС считает необходимым «завернуть» как можно скорее – и общественников поддерживают тысячи сограждан (см. образец заявления по ссылке ).

В Общественной палате справедливо заметили, что необходим системный анализ цифровых проектов в их взаимодействии, которого до сих пор нет. Причем надо рассматривать не только социальный ракурс, а также информационную безопасность, импортозамещение… А не просто, как у нас любят, делать публикации списка компаний (его озвучивал министр финансов Силуанов в декабре прошлого года), которые должны к концу этого года половину поставить себе ПО российского производства. Как «Аэрофлот» заменит этот софт, если у него все тренажеры работают на импортном программном обеспечении? Обязательно надо аккуратно и системно следить за долгосрочными последствиями.

Вспомнили спикеры и про скандальный 482-ФЗ о сборе биометрии населения, запущенный ЦБ совместно с другими кредитными организациями и «Ростелекомом». Отметили, что «проект-то не пошел» – граждане у нас не спешат сдавать биометрию, прежде всего, из соображений безопасности. А все потому, что у нас так законодательство настроено: нет никакого наказания для тех, кто допустил утечку персональных данных. И над этим также было решено поработать.

В завершение дискурса модератор Лащевский решил сгладить острые углы и слегка «выступить в защиту новых технологий», но получилось, честно говоря, не очень убедительно.

«Такова наша реальность. Побеждают не технократы, а технический прогресс. Этот процесс необратим. Мы должны его принять как есть, но нельзя пускать все на самотек, надо просто оценивать риски… Мы как раз возьмем все на заметку, поработаем с Министерством просвещения, чтобы оно занялось исследованиями школьников. Мы позадаем вопросы, обострим тематику – и это хорошо. Но нам надо уходить от крайностей – и не отрицать, и не утверждать прямо, что это нас осчастливит. Мы обязательно продолжим эту работу…», – заверил Лащевский, и очень хочется, чтобы все это не осталось на уровне слов.

Многие выступающие говорили об отсутствии критики цифровых процессов в СМИ, что уж точно не относится к нашему изданию. И за этой нашей информповесткой стоят тысячи возмущенных граждан, требующих отменить слепую повальную оцифровку страны и народа. Они активно объединяются на платформе Общественного уполномоченного по защите семьи, Комитета по защите персональных данных и других общественных организаций, в сообществах правовой помощи в соцсетях. Антицифровое движение набирает силу и если власть его не услышит, это не сулит обществу ничего хорошего.


Понравилась статья? Поделиться с друзьями: