Авторизация
 
  • 20:21 – Бузова и Нагиев: переписка о мастурбации, комментарии Тарасова, Собчак и Бородиной 
  • 20:20 – Для ИП изменилась система уплаты пенсионных взносов 
  • 20:19 – Гороскоп на 3 декабря для всех знаков Зодиака 
  • 20:15 – Боксер Денис Лебедев защитит свои титулы в бою с Муратом Гассиевым (ВИДЕО) 


Новороссия и хунта застыли в ожидании войны

Новороссия и хунта застыли в ожидании войныАнализ боевых действий 1-10 апреля 2015 года

За прошедшие десять дней рисунок боевых действий в районе соприкосновения сторон в зоне конфликта в Донбассе остался прежним. Как и за предыдущие 10 дней, основными «горячими» точками продолжали оставаться Широкино (район Мариуполя), Пески и Авдеевка (район Донецка), пригороды Горловки и район «номерных» блокпостов Бахмутской трассы. Все эти районы, ставшие уже традиционными в плане ограниченных боевых действий во время перемирия, продолжают оставаться своеобразным «боевым полигоном», на котором стороны отрабатывают ведение боевых действий и не ограничивают себя использованием только стрелкового вооружения, задействуя время от времени как миномёты, так и танки и артиллерию. Именно в этих районах происходят основные боевые потери сторон убитыми и ранеными, которые, несмотря на перемирие, всё равно происходят практически ежедневно.

С другой стороны, на оставшихся участках фронта боевые действия практически прекратились, что позволяет ДНР и ЛНР осуществлять комплекс мероприятий гражданского строительства и производить укрепление своего тыла в преддверии новой эскалации конфликта, которая рассматривается обеими сторонами как неизбежная. В целом же, как и за предыдущие десять дней, истекший десятидневный период начала апреля принёс основные новости не с фронта, а из тыла сторон и в политической плоскости международного обрамления конфликта в Донбассе.

Первой новостью, которую можно непосредственно и безусловно привязать к подготовке будущего противостояния сторон, является «борьба с незаконными вооружёнными формированиями», которая в последнее время самым активным образом ведётся по обе стороны фронта.Со стороны Украины это вылилось в окончательное упразднение эксклюзивной роли так называемых территориальных батальонов самообороны, созданных в течение 2014 года в качестве «олигархического ополчения» для контроля мятежных областей юго-востока страны. Территориальные батальоны, которые позволили на первом этапе вооружённого противостояния быстро переломить ситуацию в пользу тогда ещё неокрепшей киевской хунты, к нынешнему моменту окончательного превращения её в квазистабильный и международно признанный «киевский режим» оказались практически ненужными, а в чём-то даже и вредными.

Громкие эксцессы бойцов тербатов «Айдар», «Азов», «Днепр», «Шахтёрск», «Донбасс» и прочих, менее известных соединений, которые постоянно давали пищу своими «подвигами» для передовиц газет, интернет-изданий и роликов YouTube, их явная фашистская и ультранационалистическая окраска, при их весьма скромных боевых качествах, в итоге поставили вопрос ребром: для чего нужны эти разрозненные и малоуправляемые формирования на данном этапе противостояния и в рамках планируемых боестолкновений? При том, что лояльность многих из них обеспечивалась отнюдь не весьма формальной присягой «народу Украины», а жаждой наживы и привязанностью к снабжению со стороны того или иного олигарха. Итогом данного и так уже более чем затянувшегося процесса стала отставка главного альтернативного игрока — губернатора Днепропетровской области Игоря Коломойского, переформатирование большинства территориальных батальонов в части ВСУ и Нацгвардии, вхождение «героя Майдана» Дмитрия Яроша в структуры Генштаба ВСУ и формальное подчинение ДУК «Правый сектор» (националистических штурмовиков организации, запрещённой на территории РФ) единому командованию ВСУ.

На этом фактическая централизация армейских структур и структур МВД Украины практически завершена, и, скорее всего, недостатки в разрозненном и многоуровневом управлении ВСУ, Нацгвардией и тербатами, которые преследовали украинскую сторону на протяжении всего 2014 года и зимней кампании 2015 года, будут этими действиями во многом устранены или хотя бы значительно нивелированы. Дополнительную «шлифовку» единой военной структуры, безусловно, будут проводить уже последовательно и постепенно и, скорее всего, уже с участием иностранных советников, в первую очередь из США.

Аналогичный процесс за прошедшие десять дней шёл и по другую сторону фронта. Здесь приказами глав ДНР и ЛНР были проведены массовые акции по разоружению всех нецентрализованных и неподотчётных единому командованию подразделений в ДНР и ЛНР. Согласованность данных акций, а также единые сроки их проведения указывают на то, что, несмотря на формальную независимость республик друг от друга, в вопросах военного строительства они следуют единому плану, определяемому и воплощаемому из одного центра принятия решений. Процесс централизации командования в ЛДНР тоже пока обладает своими особенностями. Так, в ЛНР до сих пор остаётся определённая «автономия» казачьих формирований под командованием атамана Козицына. Однако степень автономности казачьих соединений на текущем этапе уже не выходит за пределы территориального ополчения с весьма ограниченными функциями и при поддержке местного самоуправления, признающего верховенство центральных властей ЛНР.

В ситуации быстрого становления военных структур обеих сторон ситуация конфликта в Донбассе быстро заходит в военный тупик: каждая из сторон понимает трудность реализации своих военных задач и целей при практической невозможности решительной политической победы. Для ВСН, представляющих собой объединённые силы ЛДНР, в текущем соотношении сил практически невозможен сюжет быстрого и результативного наступления не только на Киев, но даже на Харьков. Для этого необходимо ждать дальнейшей деградации киевского режима, который ещё отнюдь не исчерпал всех своих резервов для поддержания плохого, но пока что квазистабильного статус-кво.

Для ВСУ, даже в случае доведения общей численности до заявленных 250 тысяч человек, насыщения боевых порядков утраченной ранее бронетехникой, артиллерией и РСЗО и исправления органических недочётов оперативного и стратегического командования, задача военной победы над ВСН и цель дальнейшего силового усмирения всего Донбасса тоже становится всё более призрачной. Во-первых, если Донбасс вернётся на Украину, то уже разрушенным до основания, а, во-вторых, ни у Украины, ни у возможных иностранных доноров не хватит сил и возможностей на восстановление Донбасса, что превратит эту территорию отнюдь не в ценный приз, а в тяжелейшую обузу для разваливающегося украинского государства.

Исходя из этого, Украина сейчас стоит перед непростым выбором: с одной стороны, исходя из интересов самой Украины, наиболее приемлемым выходом являлась бы «заморозка» конфликта в Донбассе и максимальное отделение нелояльной и неконтролируемой территории от пока ещё управляемого из Киева остатка Украины, но, с другой стороны, действия киевского режима уже много раз показывали их националистическую направленность и фиксированность на проблеме Крыма и Донбасса, как и демонстрировали их несамостоятельность и подконтрольность внешним центрам силы, в первую очередь — США и ЕС.

Как минимум один из этих центров силы — США — по-прежнему заинтересован в продолжении конфликта в Донбассе и в скорейшей эскалации его и на Крым, в случае, если решение проблемы Донбасса будет обеспечено хотя бы в самом минимально возможном варианте. Конечной целью такой политики, понятное дело, является плотное вовлечение России в украинскую гражданскую войну и, как следствие, невозможность для России оперативно реагировать на потенциальные угрозы с других направлений — из Средней Азии, с Дальнего Востока или с Кавказа.

Исходя из вышесказанного, понятно, что любые внутриполитические и внешнеполитические манёвры Киева, в том числе и поиск якобы «оборонительного» вооружения, и призывы к вводу «правильных миротворцев» на территорию Донбасса, и осуществление всё более и более плотной блокады ЛДНР, будут служить этой конечной цели. Что мы и наблюдали в действиях Киева на протяжении последнего времени, с момента объявления перемирия «Минск-2».

Насколько быстро эти действия приведут к запланированному результату «управляемой эскалации» со стороны Киева и стоящих за его спиной США, и в какие формы эта эскалация выльется, вопрос пока открытый. Пока, как и обзором ранее, наиболее вероятным сроком перехода конфликта в Донбассе в открытую фазу будем считать начало мая 2015 года. Однако фон будущих событий может указать нам и на альтернативные варианты развития сюжета в случае, если Киев и США не увидят возможности гарантированного вовлечения России в следующую фазу противостояния, которое будет осуществляться снова на поле боя, а не в политической и экономической плоскости.

Михаил Большаков

Источник: www.regnum.ru


Постоянный адрес материала: http://www.gazeta.kg/21839-news.html
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Смотрите также

КОММЕНТАРИИ:
Мы в соцсетях
Курсы валют НБКР
69.0900
-0.04%
73.6707
+0.49%
1.0770
-0.76%
0.2066
+2.08%

Новости партнеров
  • Читаемое
  • Сегодня
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Facebook
  • Twitter
  • Вконтакте
Новости партнеров