Авторизация
 
  • 16:23 – Фото Кока Колы чтобы Дед Мороз принял - как получить стикеры Кока Кола 
  • 16:22 – Частый гость «Прямого эфира» дал эксклюзивный комментарий о телеведущей «Дом-2» 
  • 16:19 – Алена Аксенова: дочь известного тренера выбросилась из окна из-за любви 
  • 16:15 – Осколки счастья: смотреть 177-178 серию онлайн 


России предрекли «потерянное десятилетие»

173.245.52.95

Если темпы роста ВВП не ускорятся, экономика постепенно начнет «загнивать»


Несмотря на то, что темпы падения российской экономики замедлились, ситуация все равно остается критической. Такое мнение высказали эксперты института «Центр развития» НИУ Высшей школы экономики (ВШЭ) в докладе, обнародованном СМИ 18 августа. По оценкам экономистов, в июне 2016 года в рецессии находились все сектора экономики, кроме оптовой торговли и промышленности, а также все федеральные округа, за исключением Южного.

На прошлой неделе в Минэкономразвития заявили о том, что падение экономики остановилось. Во втором квартале сезонно очищенный спад ВВП составил 0,2% к предыдущему кварталу. Но с каждым месяцем ситуация немного улучшалась. В апреле падение составило 0,2%, а в мае и июне — в пределах 0−0,1%. Теперь, по мнению представителей министерства, промышленное производство дает основания предполагать наличие предпосылок к росту экономики. Сельское хозяйство, финансовая деятельность и операции с недвижимостью также продемонстрировали положительную динамику.

Но в ВШЭ убеждены, что это не показатели выхода из рецессии, а лишь сезонное явление, которое вскоре сойдет на нет. В целом же, по мнению экономистов, по итогам текущего года будет зафиксирован не рост, а даже падение ВВП — примерно на 0,8%. К росту на 2% экономика сможет выйти не раньше, чем к 2020 году. Все это приводит экономистов к неутешительному прогнозу.

«Если ВВП в 2016 году окажется всего на 1,3% выше, чем в докризисном 2008 году, то как раз к выборам 2018 года вполне может возникнуть тема «потерянного десятилетия», — говорится в докладе. Среди главных проблем аналитики выделяют недостаток бюджетных ресурсов для финансирования взятых государством обязательств, и предупреждают, что в случае усиления негативных тенденций властям придется пойти на реализацию эмиссионного сценария.

Нынешнее состояние российской экономики в ВШЭ называют «хрупким равновесием со знаком минус», а перспективы роста считают «весьма сомнительными». Чем дольше будет сохраняться такая динамика, тем хуже, потому что экономика будет постепенно «загнивать, утрачивая шансы на возобновление роста».

Не все экономисты согласны с такой негативной трактовкой происходящего. Экономист, президент компании «НЕОКОН» Михаил Хазин отказался обсуждать доклад ВШЭ, назвав его ангажированным.

— Сама тема этого документа является бессмысленной и глупой, — заявил Михаил Хазин в комментарии «СП». —  Я не знаю, кто заплатил деньги за то, чтобы доклад с таким посылом появился. Но обсуждать эти воззрения не считаю нужным, потому что они не имеют отношения к реальности.

Руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития Никита Масленников настроен не так критично и полагает, что в докладе есть рациональные соображения, но говорить о «потерянном десятилетии» все же преждевременно.

— Макроэкономические цифры и статистика — штука лукавая. Если ориентироваться только на эти показатели, возникает ощущение, что мы резко сдали по темпам роста и сдадим в перспективе, потому что пока не получается оторваться от двухпроцентной планки даже при лучшем раскладе. А нам, с учетом взятых на себя за это десятилетие социальных, оборонных и прочих обязательств, необходим рост от 3,5% и выше.

За эти десять лет наша доля в мировой экономике сократилась. Мы развиваемся медленней, чем наши ближайшие партнеры и соперники. Можно по-разному интерпретировать происходящее, но я не стал бы говорить о потерянном десятилетии. Скорее, его можно назвать десятилетием накопления структурных ограничений. Но сейчас сложилось понимание необходимости структурной трансформации экономики и перехода на другую модель. Повестка действий ясна, поэтому итоги десятилетия остаются открытыми.

«Потерянное десятилетие» — это не более чем поэтическая метафора. Если продолжать пользоваться этим языком, мы имеем дело с предсказуемым циклом развития экономики, которая долго и прочно сидела на сырьевой игле. Сейчас эта игла сломалась, потому что длинный период роста сырьевых цен завершился, но ее часть осталась в нашем экономическом теле. Требуется хирургическое вмешательство, которое и называется структурными реформами.

 — Значит, не все так плачевно, и «загнивания» экономики можно избежать?

— Это зависит от того, с какой скоростью мы начнем предпринимать необходимые действия. То есть поэтапно снимать структурные ограничения, связанные и с недоинвестированием в экономику, и с негибким рынком труда, и с огромным количеством неформальной занятости, и с административным бременем. Из-за различных неурегулированных надзоров, проверок и вмешательств в дела бизнеса мы теряем, по оценкам экспертов, до 2% ВВП. Зарегулирование экономики и ручное управление искажает конкурентный стимул и приводит к тому, что реальный выпуск заметно ниже потенциального.

Вся эта повестка уже сформирована, и теперь нужно двигаться вперед. Конечно, это процесс не быстрый, что расстраивает некоторых экспертов и укрепляет в мысли, что ничего не получится. Но я бы не ставил вопрос так жестко. 2016 год был очень непростым, но мы все-таки вернулись к новой бюджетной трехлетке, начинаем совершать осмысленные действия с точки зрения повышения эффективности госрасходов, и так далее.

— Что нужно предпринять, чтобы десятилетие не было «потеряно», как пишут эксперты ВШЭ?

— Текущий и следующий год дадут ответ на вопрос, сможем ли мы в рамках сложившейся ситуации выйти на решения, которые позволят нам устранять структурные ограничения роста. Это и необходимая пенсионная реформа, и снижение доли государства в экономике, которая сегодня создает 60% ВВП, и повышение доли малого и среднего бизнеса, производящего всего 20% ВВП, тогда как нужно как минимум 40%.

У нас очень сильное недофинансирование вложений в человеческий капитал, а это основа будущей конкурентоспособности. Я имею в виду здравоохранение, образование, обеспеченность жильем, инфраструктуру, то есть все то, что делает среду человеческого обитания максимально комфортной. Здесь у нас если не провалы, то очень существенные проблемы. Поэтому бюджетные маневры должны быть направлены на эту сферу.


По сути дела, в ближайшее время нам придется создавать новую экономическую модель развития. Понимание этого сложилось и у экспертов, и у государственной власти. К сожалению, скорость перехода к реальным действиям оставляет желать лучшего.

Десятилетие не потеряно хотя бы потому, что мы все-таки развивались. Мы со всем миром попали в очень тяжелый экономический кризис 2008—2009 годов. Решения, которые были приняты, отголоском давят на нас до сих пор. Но мы не допустили массового и серьезного обнищания населения, потому что поднимали пенсии, платили зарплаты по бюджетным программам. Теперь эти механизмы перестали работать, и необходимо переходить к новым инструментам.

— Вы считаете, что прогноз по двухпроцентному росту ВВП только к 2020 году объективен?

— Темпы могут быть более быстрыми, если мы перестроим бюджетную систему, начнем серию структурных реформ, перераспределим расходы в пользу человеческого капитала, доведем до конца реформы здравоохранения и образования, сделав их максимально эффективными и открытыми для граждан. Мы должны поступательно слезать с нефтегазовой иглы и развивать другие конкурентоспособные секторы экономики, которые позволяют создавать больший объем добавленной стоимости. Если это будет реализовано, темпы роста экономики будут выше. Если же все останется в нынешнем состоянии, то и двухпроцентный рост останется разве что мечтой.

— Есть ли прогресс в этом направлении?

— Я бы сказал, что делаются первые шаги. Мы сможем оценить, что было реализовано, а что нет, когда увидим бюджетные параметры 2017 года и ближайшей трехлетки. Структурные реформы начинаются там, где наибольшее сосредоточение неэффективных государственных расходов. Если у нас хватит политической воли расчистить эти авгиевы конюшни, тогда можно будет сказать, что мы двинулись вперед.

Профессор МГУ, доктор экономических наук Александр Бузгалин считает, что ускорение темпов экономического роста — это, прежде всего, вопрос политической воли.

— Эксперты ВШЭ используют достаточно традиционные для прогноза модели, опирающиеся на предположение, что никаких изменений реформистского толка в экономике не произойдет. При такой предпосылке они окажутся правы. Ситуация стагнации будет продолжаться. Более того, при любых неблагоприятных событиях — внутренних, внешних, политических, природных — она может обернуться достаточно глубоким экономическим спадом.

Значительная часть экономических игроков в России не уверена в том, что можно осуществлять в нашей стране средне- или долгосрочные инвестиции, и это свидетельствует об угрозе затяжной стагнации.

Но эксперты ВШЭ не говорят о том, что в стране давно назрели и могут быть осуществлены в любой момент, но чем раньше, тем лучше, качественные изменения, которые приведут к реформированию практически всей системы экономически отношений. Во-первых, это изменение системы регулирования, введение стратегического планирования, активная промышленная политика, отказ от феодальных методов ручного управления и одновременное развитие рыночных начал без монополизма.

Во-вторых, нужна социализация отношений в собственности и прозрачность бизнеса, его социальная ориентация и ориентация на развитие стратегических отраслей. В-третьих, это снятие социального неравенства через систему механизмов перераспределения доходов, которая работает даже в США и не работает в России. При решении этих задач, а также реформировании трудовых отношений путем наделения работников большими правами и ограничения прав хозяев, можно обеспечить выход из стагнации, предотвратить кризис и обеспечить достаточно быстрое экономическое развитие, которое важнее, чем формальный рост.

Но для этого надо резко наступить на интересы господствующего экономического и политического слоя, а именно — высшей бюрократии и срощенной с ней крупной олигархии.

— Но будет ли это сделано?

— Это вопрос не экономический, а политический, и находится он в подвешенном состоянии. По всем опросам видно, что значительная часть граждан поддерживает альтернативную экономическую политику. Но эти же граждане подчинены манипулятивному воздействию СМИ и верят в то, что раньше или позже президент обязательно сменит правительство. Из-за этого не происходит качественных изменений даже в результате выборов. Позитивно, что люди хотят изменений, но негатив в том, что они не готовы на них идти.

Экспертное сообщество в подавляющем большинстве также ориентировано на альтернативный курс. Их влияние растет, к их мнению все больше прислушиваются, но пока оно не доминирует. Хотя в любой момент в России может возникнуть тупиковая ситуация, когда в связи с какими-то социальными потрясениями граждане «неожиданно» прозреют и поймут, что дальше так жить нельзя. После этого возможные резкие социальные шаги и изменения, о которых говорить пока преждевременно.

Источник

Фото ТАСС

Полную хронику событий новостей России за сегодня можно посмотреть (здесь).173.245.52.95


Постоянный адрес материала: http://www.gazeta.kg/124780-news.html
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Смотрите также

КОММЕНТАРИИ:
Мы в соцсетях
Курсы валют НБКР
69.2439
+0.00%
73.5197
-1.59%
1.0939
+0.14%
0.2071
+0.10%

Новости партнеров
  • Читаемое
  • Сегодня
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Facebook
  • Twitter
  • Вконтакте
Новости партнеров